Таблетка от всего

За 160 лет компания Pfizer несколько раз рисковала потерять всё. И каждый раз находила препарат, который производил революцию в фармацевтике. Сейчас Pfizer живёт в ожидании аналогичного чуда — темпы её развития опять упали


Эта статья была опубликована в номере 38 (449) за 25.09.2015 журнала «Фокус»

Фармацевтический бизнес, наверное, более чем какой-либо другой похож на игру «Монополия». Здесь успех зависит не только и не столько от исследовательских мощностей, сколько от того, когда заканчивается твоя монополия на разработанные лекарства, каких конкурентов ты сумел купить и сколько подобных уникальных разработок оказалось в твоём портфеле благодаря таким покупкам.

В итоге в одной из самых известных фармкомпаний мира даже при желании сложно отыскать что-либо, оставшееся со времён основателя.

Аптекарь и кондитер

Будущий основатель Pfizer родился в почтенной, хотя и не самой богатой семье бакалейщика из немецкого города Людвигсбурга. В то время была мода на химию: в Германии как раз зарождались нынешние транснациональные химические концерны. Поэтому, учась на аптекаря, Карл Пфайзер в свободное время штудировал основы химического синтеза. Потом, наблюдая местную бюрократию и провинциальность, увлёкся «американской мечтой» — и в итоге вместе со своим двоюродным братом Карлом Эргартом отправился искать счастья в США. Точная дата отплытия в Новый Свет не сохранилась: считается, что это был 1848 год.

fig_8j(11)

АМЕРИКА, КАРЛ! Приехав в Новый Свет, Карл Пфайзер первым делом изменил имя на американский манер, став Чарльзом

Братья поселились в Нью-Йорке, и оба изменили имена на американский манер, став Чарльзами. Ехали с готовой бизнес-идеей: Пфайзер знал, что в Штатах одним из самых популярных в те годы препаратов был сантонин — средство против глистов. Но он был чрезвычайно горьким, а пить его надо было трижды в день на протяжении нескольких суток. Призвав на помощь брата-кондитера, предприниматель разработал новую форму: растворил неприятное вещество в леденцах со вкусом миндальной ириски.

«Для моего отца, молодого и восторженного, ничего в Европе не казалось достойным огромных усилий… Но с другой стороны Атлантического океана новая страна, полная бесчисленных возможностей, открывала свои объятия для всех тех, кто придёт и поможет выстроить её… Поэтому мысль начать там новую жизнь стала навязчивой идеей»

Алиса Пфайзер, дочь основателя фармацевтической компании

Несколько месяцев братья изучали рынок, заводили знакомства с аптекарями, договаривались о поставках и сырье. И только после того, как все необходимые соглашения были заключены, отец согласился предоставить Чарльзу ссуду в $2,5 тыс. За тысячу был куплен кирпичный дом в Бруклине, который стал и офисом, и производственной базой, остальное было вложено в оборот. Предприятие назвали «Чарльз Пфайзер и компания», поскольку именно Чарльз был определён старшим партнёром в бизнесе.

Хотя сантонин принёс Пфайзеру успех, расширяя производство, он решил заниматься не таблетками, а чистыми химическими веществами. В 1855–1860 годах компания выпускала йод и его производные, препараты ртути и бора, а главное — камфору, первый завод Пфайзера даже называли «камфорным». Эти вещества нужны были не только в фармацевтике, но и в кондитерском деле, фотографии и других отраслях. В 1860 году продажи достигли примерно $700 тыс. В 1861-м в США началась гражданская война, и все перечисленные выше продукты оказались необходимыми на фронте: для дезинфекции, как йодоформ, или для лечения сифилиса, как каломель. Кроме того, в войну правительство подняло ввозные тарифы, и это разрушило европейскую монополию на многие вещества, которые ранее производить в Новом Свете было невыгодно. В результате за 10 лет, к 1871-му, продажи удвоились, составив $1,4 млн.

У компании была репутация хорошего работодателя, и прежде всего среди немецких иммигрантов. Рассказывали, что любой немец мог прийти к Пфайзеру, поделиться историей своей жизни и почти гарантированно получить место.

В 1880-м братья начали производить лимонную кислоту из лимонного концентрата, завозимого из Италии и Сицилии, — этот продукт сразу нашёл спрос в индустрии напитков, в частности, у Coca-Cola. В 1891 году умер Эргарт, и брат за полцены выкупил у его сына унаследованную часть компании: таков был договор. Сумма сделки составила $119 350. Часть компании он переписал на сыновей: Чарльза-младшего и Эмиля. Ещё через год основатель отошёл от активного управления компанией, наняв управляющего — Джона Андерсона, который поднялся в компании Pfizer по классической карьерной лестнице: в 1873-м он пришёл туда 16-летним курьером, дослужился до гендиректора, а позже стал и совладельцем бизнеса. В 1900 году компания стала публичной.

Спустя несколько лет Чарльз Пфайзер упал с лестницы в своём доме на Род-Айленде. Травма пошатнула его здоровье, и в 1906-м Чарльз умер от пневмонии в возрасте 81 год. Его состояние составляло $2,5 млн наличными плюс недвижимость и акции. Продажи компании в тот же год достигли $3,5 млн — это был хороший средний бизнес, далёкий, тем не менее, от «мирового господства». Для сравнения: продажи химического гиганта DuPont, основанного на 50 лет раньше Pfizer, в тот же год составили более $30 млн.

Наука на марше

Чарльз-младший больше любил охоту на лис и разгульные вечеринки, чем работу в офисе. Он занялся спекуляциями на рынке недвижимости, где c 1900-го по 1912 год потерял $2 млн. В 1905-м партнёры вынудили его уйти из правления и продать свою долю, а его место занял Эмиль, продержавшийся на этом посту до Второй мировой. После него Пфайзеры-Эргарты уже не имели прямого отношения к управлению.

Когда разразилась Первая мировая война, компания опять получила море заказов, но лишилась стабильных поставок сырья из Старого Света, в частности лимонного концентрата для своего основного продукта. И вот химики компании, Джеймс Керри и Джаспер Кейн, совершили первый технологический прорыв, который открыл для Pfizer путь к нынешнему положению: из производственной она стала также исследовательской.

Pfizer научилась получать лимонную кислоту из сахара путём ферментации, что даже позволило снизить себестоимость продукта на 20 центов за килограмм. Впоследствии именно опыт проведения ферментации очень пригодился Pfizer: когда во время Второй мировой государству понадобился добываемый в мизерных количествах из плесени пенициллин, лучшего претендента на размещение этого заказа США не нашли. Компания вложила миллионы долларов в новые корпуса и оборудование, организовала круглосуточную работу, и уже через четыре месяца производство первого антибиотика впятеро превысило ожидае­мые объёмы. Компания стала крупнейшим в мире производителем этого «чудо-лекарства» — большая часть пенициллина, которым располагала армия союзников в день её высадки в Нормандии, была изготовлена Pfizer.

«Ни одна компания в сфере фармакологии и биотехнологий не потратила столько денег на слияния и поглощения, как Pfizer»

Эстик Гоуневардене, аналитик Bloomberg Industries

В 1940-х крупные инвестиции в исследовательские центры помогли открыть новые антибиотики, включая окситетрациклин. Начинается экспансия на международные рынки. Pfizer покупает несколько европейских и японских компаний, которые имеют исследовательские центры и собственный портфель препаратов, а в 1955-м открывает в английском Сэндвиче завод, который позже станет одним из самых известных подразделений компании и сыграет большую роль в её работе. В 1972 году продажи Pfizer переваливают за миллиард, и председатель совета директоров Эд Прэтт увеличивает исследовательский бюджет компании с 5% до 15–20% от этой суммы.

Эти сотни миллионов затрат на R&D окупятся только через многие годы. Но зато окупятся стократно.

Martin-Rowson-05.04

ЛЕГЕНДАРНЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ. В конце прошлого столетия компания Pfizer внушала суеверный ужас конкурентам по фармрынку, поскольку могла приобрести любого из них даже из-за одного препарата, который обещал стать перспективным

Этика миллиардов

Далее пошла эра препаратов-миллиардников. Первым из них оказался противовоспалительный «Фелден»: в 1980 году он стал одним из самых продаваемых рецептурных препаратов в мире и первым продуктом Pfizer, продажа которого принесла более $1 млрд.

Историю компании в эти годы можно свести к истории изобретения лекарств-легенд. Некоторые из них, как, например, «Виагру» или мощный противогрибковый «Дифлюкан», который, в частности, пригодился больным СПИДом, компания изобрела сама. Другие, как «Липитор», получила, купив конкурентов, в данном случае «Уорнер-Ламберт».

Основным козырем Pfizer становится умение договариваться с лечащими врачами. Компания время от времени всплывает в скандалах о неэтичном продвижении препаратов, но именно продвижение вынуждает других участников рынка соглашаться с предложениями о выкупе, поступающими от Pfizer.

Скандалы не прекращаются: самый громкий разразился в конце нулевых годов, когда всплыли подробности подкупа 5 тысяч врачей, каждый из которых получил по $2 тыс. за то, что прослушал лекцию о препарате «Бекстра» на Багамах. Идея лекций состояла в том, что препарат нужно выписывать не только по его прямому назначению — в качестве противовоспалительного средства, но и для снятия боли. Он обладал сильным действием, сравнимым с наркотическим, и сотрудники компании поставляли его больным напрямую, минуя официальные каналы, только по предписанию врача. Через несколько лет препарат был снят с производства из-за побочных эффектов, а когда скандал о взятках раздули, Pfizer был вынужден заплатить крупнейший в истории фармации штраф — $2,3 млрд.

Компания несёт также репутационные потери: её неоднократно обвиняли в том, что она отказывается продавать лекарства дёшево тем людям, которые в них действительно нуждаются, в частности, больным СПИДом из развивающихся стран. Так, в 1990-х Pfizer отказалась снизить цену на противогрибковый «Дифлюкан» для больных в Таиланде. В результате правительство этой страны отменило действие патента на этот препарат, открыв рынок для дженериков, которые совершенно сбили цену на лекарства этого класса. В ответ Pfizer с переменным успехом пыталась лоббировать торговые санкции в отношении стран, «не уважающих авторское право», которое даёт возможность вернуть затраты на разработку лекарств за счёт сверхприбыли.

Несмотря на все эти проблемы, в 2007 году Pfizer становится лидером мирового рынка фармации, заняв 6,2%. Но отнюдь не благодаря новым антибиотикам.


PFIZER В 1960-Х

PFIZER В 1960-Х

В середине прошлого века компания основала в США исследовательские центры, которые впоследствии вывели её на первое место в мире
...И В 2010-Х

...И В 2010-Х

Но сегодня Pfizer вынуждена закрывать десятки лабораторий по всему миру, чтобы оптимизировать структуру, колоссально разросшуюся после поглощения десятков конкурентов

Сосуды, сердце и эрекция

В конце прошлого столетия большинство инфекционных заболеваний удалось победить, и самыми опасными стали проблемы сердечно-сосудистой системы. Фармкомпании ринулись экспериментировать в этой области. Одной из самых удачливых оказалась Warner-Lambert, небольшая компания из США, чей сотрудник Брюс Рот разработал «Аторвастатин», который действительно понижал уровень холестерина в крови.

Препарат был синтезирован в 1985-м, а в 1990-х Warner-Lambert заключила договор с Pfizer о совместном продвижении препарата. Гигант согласился и начал активно продвигать лекарство, в итоге «раздавив» конкурентов лавиной фактов, свидетельствующих о снижении уровня холестерина в крови. Было проведено 400 исследований при участии 80 тыс. человек по всему миру. И когда в 1996 году Warner-Lambert вывела препарат на рынок, в первые полгода продажи составили $10 млрд — абсолютный рекорд для фармпрепаратов. В 2000-м Pfizer покупает Warner-Lambert, и в итоге с 1997-го по 2013 год «Аторвастатин» (коммерческое название «Липитор»), который помог многим американцам с избыточным весом отсрочить инфаркты и инсульты, принёс прибыль в $126 млрд — в отдельные периоды на его долю приходилось до четверти всех доходов Pfizer.

Параллельно сердечно-сосудистыми заболеваниями занимались и в лаборатории Pfizer в английском Сэндвиче. В 1980-х там испытывали вещество, которое должно было снижать давление и уменьшать боли при стенокардии. Но препарат оказался негодным: расслаблял мышцы сердца намного слабее, чем нитроглицерин. Проект чуть было не закрыли, но тут организаторы клинических испытаний сообщили, что некоторые пациенты, особенно старшего возраста, бурно протестуют против прекращения выдачи препарата, а кое-кто даже пытается добыть его у врачей силой. Как оказалось, препарат успешно воздействовал на больных с эректильной дисфункцией, число которых оказалось сильно заниженным. Считалось, что она наблюдается примерно у 5% мужчин, достигших 40 лет, но реальные цифры оказались намного выше. Вокруг испытаний возник ажиотаж: очень многие хотели стать их участниками.

Хотя открытие было случайным, дальнейшая работа велась скрупулёзно — её результатом стала «Виагра», которую с 1998 года разрешили использовать в США. За первый год «Виагра» позволила компании заработать $1 млрд, но нового прорыва не принесла. Даже на пике продаж в 2008-м годовая выручка не превышала $2 млрд, поскольку препарат конкурировал с аналогичными препаратами других компаний («Сиалис», «Левитра»), а главное — с колоссальным рынком контрафакта. А в 2012–2013 годах истёк срок патентной защиты, и сейчас компания, снижая издержки, продаёт «голубые таблетки» даже на своём сайте, как десятки менее именитых конкурентов.

119265861

РОДИНА ВИАГРЫ. Исследовательский центр в английском Сэндвиче, где был открыт «Силденафил», ставший самым известным препаратом Pfizer


Лекарство против рака

«Виагра» была не единственным препаратом с истёкшим в начале 2010-х сроком патентной защиты. После нескольких десятилетий рекордных прибылей Pfizer потеряла исключительные права на несколько препаратов-бестселлеров — «Липитор», «Ксалатан», «Аромазин», «Геодан» и «Детрол». При этом нового бестселлера в портфеле не появилось: масштабные исследования по созданию нового поколения противоинсультных препаратов оказались провальными, и сейчас Pfizer, вложившая в это направление почти $1 млрд, рассматривает возможность отказаться от дальнейших исследований.

Аналогичные проблемы имеются и у других фармконцернов: в 2012 году продажи 15 крупнейших международных фармацевтических компаний впервые за много лет снизились на 1,4% — до $433 млрд (с $439 млрд в 2011 году).

«Мы съедаем сами себя. Добравшись до XXI века, мы занимаемся тем, что сокращаем сотрудников и выводим производство в офшоры. Мы занимаемся слияниями и поглоще­ниями, а в это время тысячи талантли­вых учёных оказы­ваются на улице»

Брюс Рот, изобретатель «Липитора», о современном фармацевтическом бизнесе

Но Pfizer столкнулась ещё с одной проблемой. Структура компании разрослась до невиданных размеров из-за череды слияний и поглощений — управлять ею стало очень трудно. В итоге сейчас компания с 160-летней историей проводит реорганизацию, продавая целые направления. Подразделение по производству детского питания — Pfizer Nutrition — покупает за $11,85 млрд Nestle. Отделение безрецептурных препаратов Consumer Healthcare продано Johnson & Johnson за $16,6 млрд — вместе с такими препаратами, как «Листерин», «Визин» и «Никоретте», доставшимся Pfizer после покупки Warner-Lambert.

Компания ежегодно инвестирует порядка $7,5 млрд в новые исследования, но при этом сосредоточилась на нескольких направлениях, основное среди них — борьба с раком. Пока денег на это хватает, так что не исключено, что долгожданная «панацея от рака» будет изобретена именно в Pfizer.



Pfizer в цифрах

  • Выручка в 2014 году: $49,6 млрд
  • Чистая прибыль: $9,1 млрд
  • Количество сотрудников: 78 тыс.
  • Инвестиции в исследования в 2014 году: $8,4 млрд


  • Взлёты и падения

    Настоящий расцвет Pfizer пережила в начале нулевых, когда её капитализация превышала $285 млрд. Сейчас компания стоит почти в полтора раза дешевле
    ВЗЛЕТ-И-ПАНИЕ

Теги: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Вам уже исполнилось 18 лет?

Подтвердите, что это так, чтобы войти